Экспертное мнение креативного продюсера АНО “Центр креативных индустрий “Новый Город” Михаила Иванова
Последние десять лет культурная индустрия переживает тихую, но очень заметную революцию. Меняется не только то, что мы рассказываем, но и как мы это делаем. Классический зритель — тот, кто сидит в зале и наблюдает со стороны, — постепенно уступает место другому типу участника. Человеку, который хочет не просто смотреть, а проживать.
Именно поэтому иммерсивные форматы стали одним из самых интересных и перспективных направлений в современной культурной среде.
Я часто говорю своим коллегам: будущее культуры — это культура участия.
Что такое иммерсивность на самом деле
Слово «иммерсивный» сегодня звучит почти в каждом втором проекте. Но, к сожалению, очень часто его используют как модное украшение. Поставили зрителей рядом со сценой — уже иммерсивно. Провели экскурсию с актёрами — тоже иммерсивно.
На самом деле иммерсивность — это гораздо более глубокий принцип.
Это ситуация, в которой зритель перестаёт быть наблюдателем и становится участником происходящего. Он не просто смотрит историю — он оказывается внутри неё. Его выбор, его движение, его внимание становятся частью драматургии.
Иммерсивный формат работает с главным человеческим инструментом — переживанием.
В этом смысле иммерсивный проект ближе не к классическому спектаклю, а к жизненному опыту.
Почему этот формат так важен сегодня
Мы живём в эпоху невероятной информационной перегрузки. Человек ежедневно потребляет гигантский объём контента: новости, короткие видео, сериалы, подкасты, бесконечные ленты социальных сетей. В этой реальности обычный культурный продукт очень быстро растворяется. Его посмотрели и сразу забыли.
Иммерсивный формат работает иначе. Он создаёт событие памяти. То, что человек прожил лично, не стирается так быстро. Именно поэтому иммерсивные проекты становятся мощным инструментом культурной коммуникации.
Когда человек проходит по пространству спектакля, разговаривает с персонажами, принимает решения, взаимодействует с музыкой, светом, текстом — он становится частью истории. А значит, он начинает относиться к ней по-другому. Это особенно важно, когда речь идёт о культурных и патриотических темах.
Иммерсивность и историческая память
Одна из главных задач современной культуры — сохранение живой исторической памяти. Но просто рассказывать историю сегодня уже недостаточно.
История должна быть пережита.
Именно поэтому иммерсивные форматы всё чаще используются в музейных проектах, театре, документальных постановках и образовательных программах. Представьте: зритель не просто слушает рассказ о судьбе героя. Он проходит теми же коридорами, слышит его голос, читает его письма, встречает людей, которые продолжают эту историю. В этот момент происходит очень важная трансформация. История перестаёт быть абстрактной. Она становится личной. А личная история всегда сильнее любой лекции.
Пространство как драматургия
В иммерсивном проекте пространство играет такую же роль, как актёры или текст. Городская улица, историческое здание, промышленный цех, старый особняк или музей — всё это становится сценой.
Иногда пространство буквально рассказывает историю.
Я помню один из наших проектов, когда зрители перемещались по нескольким локациям, и каждая из них открывала новый эмоциональный слой повествования. Свет, звук, запахи, архитектура — всё работало на драматургию. В такие моменты понимаешь: иммерсивный формат — это синтез театра, архитектуры, музыки, дизайна и режиссуры. Именно поэтому он так близок к креативным индустриям.
Главное правило: искренность
Но есть одна важная вещь, о которой нужно говорить честно. Иммерсивный формат — очень сложный инструмент. Его невозможно использовать как технологический трюк. Если внутри проекта нет настоящего смысла, никакая интерактивность не спасёт ситуацию. Люди чувствуют фальшь мгновенно.
Я видел немало проектов, где было много технологий, сложная сценография, цифровые эффекты — но не было главного. Души. И наоборот: иногда достаточно одного пространства, нескольких актёров и честной истории, чтобы создать эффект полного погружения.
Иммерсивность начинается не с технологий. Она начинается с правды истории.
Искусственный интеллект: инструмент, а не замена
Сегодня мы уже не можем игнорировать стремительное развитие технологий. Искусственный интеллект входит во все сферы, и культура — не исключение. В наших проектах мы тоже начинаем использовать ИИ как вспомогательный инструмент: визуализация декораций, костюмов, реквизита, арт-пространств, обработки больших массивов информации, создания визуальных эффектов или адаптации контента под разные форматы, моделирование ситуаций и сцен. Это действительно удобно и расширяет возможности.
Однако важно сохранять баланс. Никакой искусственный интеллект никогда не сможет заменить живые человеческие эмоции, искренность переживания, ту дрожь в голосе актёра или блеск в глазах зрителя, которые возникают только в момент подлинного контакта. ИИ не дотронется до души и сердца — он лишь инструмент в руках человека. Полная ставка на алгоритмы, на автоматизацию творчества неизбежно обесценивает главное, ради чего мы собираемся вместе: живое со-бытие.
План Б: реальность переменчивого мира
Кроме того, работа над крупными культурными событиями последних лет заставила нас всех быть готовыми к любым поворотам. Наш мир меняется стремительно, и то, что вчера казалось надёжным (трансляции через глобальные сети, зависимость от гаджетов и интернет-сервисов), сегодня может дать сбой. Мы столкнулись с ситуациями, когда внезапное отключение связи или недоступность цифровых платформ, радиосигнала головных гарнитур ставили под угрозу целые проекты.
Поэтому сейчас для меня и моей команды стало обязательным правилом продумывать «План Б» и даже «План Д». Это не означает отказ от технологий — напротив, мы ищем такие формы, которые позволят быстро заменить выпавший «винтик» без потери смысла и качества. Например, если не работает трансляция в интернете, должен быть вариант локального показа или автономного распространения контента. Если нельзя использовать индивидуальные гаджеты зрителей, значит, нужно заранее подготовить аналоговые способы взаимодействия: бумажные карты маршрутов, живые голоса вместо аудиогидов, световые и звуковые сигналы вместо цифровых триггеров.
Технологии — прекрасные помощники, но они не должны становиться единственным фундаментом, на котором держится проект. Подлинная устойчивость культурного события — в его смысле, в людях и в способности адаптироваться к любым условиям, сохраняя главное.
Когда зритель становится соавтором
Самое удивительное в иммерсивных проектах происходит после их окончания. Люди начинают рассказывать историю так, будто они сами в ней участвовали. Потому что это действительно так.
Каждый зритель проходит свой маршрут, делает свои выборы, обращает внимание на разные детали. Поэтому у каждого остаётся своя версия пережитого. Это удивительное чувство — когда культурный проект начинает жить в рассказах людей. В этот момент зритель становится не просто участником, а соавтором культурного события.
Иммерсивность как язык будущего
Я убеждён, что иммерсивные форматы будут только развиваться. Они идеально отвечают запросу времени — времени, когда человек хочет быть не пассивным потребителем культуры, а её участником.
Особенно важно, что такие проекты могут объединять разные поколения. Молодёжь приходит за новым опытом, старшее поколение — за смыслом и памятью. И в точке переживания они встречаются.
Для меня, как продюсера культурных проектов, иммерсивность — это способ создать пространство, где человек может почувствовать, а не просто узнать.
А культура начинается именно с этого.
Не с информации.
С переживания.
Когда человек выходит из проекта немного другим: более внимательным, более чутким, более живым — значит, мы всё сделали правильно.
И тогда иммерсивный формат выполняет свою главную миссию: он возвращает культуре её главное качество — способность менять человека.
